Ярославское региональное отделение

общероссийской общественной организации

СОЮЗ РОССИЙСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

 

НАВИГАЦИЯ

 

 

Советников Леонид Николаевич родился в 1955 году  в  Рыбинске,  где  и  живет в настоящее время.

В  конце 80-х  –  начале 90-х  годов  состоит в небезызвестной литературной группе «Коридор», в которую также входят Александр Калинин, Дмитрий Сорокин, Владимир Перцев и некоторые другие поэты. Стихи Леонида Советникова появляются в коллектив-ном сборнике «Коридор-2».            

В 1996 году участвует в работе первого в постсоветской  России  Всероссийского совещания молодых писателей,  удостаивается диплома  и  в 1997 году принимается  в Союз российских писателей. В это время его стихи печатаются в литературной газете русской провинции  «Очарованный странник». В том же, 1997 году, издает свой первый сборник стихов «Келья с калейдоскопом», в 2000 году  –  второй сборник стихов «Под небом севера». Намечает издание третьей книги  «Дрожит душистый венчик стуж»,  но из-за проблемы финансирования издание не выходит в свет. В эти годы стихи Л. Советникова можно увидеть в коллективных сборниках, таких, как «Ярославская лира», «Вдохновение», «Окно»,  в антологии «Лилии», в журнале «Русский путь на рубеже веков». 

В 2006 году,  формально  –  к  50-летию автора, в издательстве ОАО «Рыбинский Дом печати» издается книга  «Спящий куст. Избранное»,  наиболее полно отражающая  на сегодня творчество Леонида Советникова.

В 2009 - 2011 годах стихи Л. Советникова публикуются в журналах "День и Ночь", "Дети Ра", в интернет-журнале "Парус", на сайте "Поэзия.ру".

День и Ночь.Леонид Советников.В тишине теней

Дети Ра.Леонид Советников.Полоски надежды

Парус.Леонид Советников.Узоры мгновений

Парус.Леонид Советников.Спящий куст

Спящий куст.Музыкально-поэтическая композиция  

                                                  

                                                      * * *

                                                      Заячьим горошком, черным лютиком

                                                      Заросли могилки вдоль реки.

                                                      Алалыкой, одичалым хлюпиком

                                                      Там бродил я в детстве, и близки

 

                                                      Стали сердцу знаки запустения,

                                                      Тайны века, вросшего в покой:

                                                      Будто все ушли – одни растения

                                                      Своеручничают под рукой.

 

                                                      Луч касается, как тел покойников,

                                                      Синеватых шпатов полевых…

                                                      Помню: сердце бабочкою с донников

                                                      К ним слетит из царствия живых.

 

                                                      * * *

                                                      День ото дня полней поток забвенья.

                                                      Шумят ветра, деревья шелестят,

                                                      И мотыльков июльские раденья

                                                      Не разделяет, не вбирает взгляд.

 

                                                      Лишь иногда, когда воды свеченья,

                                                      Волненья трав и овеванья крыл

                                                      Так влюбчивы, так лишены значенья, –

                                                      Я вспоминаю, что и сам любил

 

                                                      Игру надежд, причуды наважденья

                                                      Сквозь нежной грусти тонкое стекло.

                                                      Светились, бились капли, и весь день я

                                                      Глядел, как даль дождем заволокло.

 

                                                       Листья

                                                      Были блестящими, слыли гуленами

                                                               Листья из юности – я ли

                                                      Выдумал, как кружевами зелеными

                                                               Свет они дивно пленяли?

 

                                                      Или, с прожилками крыл, небожители,

                                                               Нам о любви шелестели?

                                                      Листья, и нас уже ветры похитили,

                                                               Многих укрыли метели.

 

                                                      Нищая юность! Убогие дворики

                                                               С липами возле сараек.

                                                      Весело скалятся бедные Йорики,

                                                               С листьями ветер играет.

 

                                                     Я выйду из дома 

                                                      Дождливое утро. И роща промокла.

                                                      Вдруг звякнет струя, будто лопнет струна.

                                                      И галочья стая, звучанья полна,

                                                      С каким протирают оконные стекла, –

                                                      Сорвется с дерев на пустые зады,

                                                      На бледность отав, на скупые подзолы.

                                                      И ринется ветка сквозь капель узоры

                                                      К спокойствию рамы – оконной узды.

 

                                                      И годы пройдут. Как сквозь кальку, невнятно

                                                      Проступит – и время, и место – среда.

                                                      И, узостью жизни охвачен, тогда

                                                      Я выйду из дома в зеленые пятна

                                                      Дрожащей листвы и скользящей травы,

                                                      Как Ной выходил. Бредя мхом и болотом,

                                                      Резучей осокой, колючим осотом

                                                      И счастьем, с каким не сыскать головы.

 

                                            * * *

                                                      Сегодня облака – седые, как снега,

                                                      Когда их наметет сыпучими холмами.

                                                      И свет издалека, и жизнь издалека

                                                      Сияют, будто сны, покинутые нами.

 

                                                      А завтра – синий лед и ветер запоет

                                                      О звездах и листве, что были золотыми,

                                                      А может, и о нас, не отводивших глаз,

                                                      Умевших тосковать и любоваться ими.

 

                                                      И мы приснимся вам, не верящим словам, –

                                                      Как звезды, что горят, хотя давно остыли,

                                                      Как одиноких дум плывущий в небе дым,

                                                      Как золото листвы в слюде дорожной пыли.

 

                                                       * * *

                                                      Пространством усмиренный снег

                                                              Дремотной ранью.

                                                      Чтоб я, усталый раб, прибег

                                                              К его молчанью.

 

                                                      Кусты – подобья пирамид

                                                              В пустыне поля.

                                                      Там ветка мумиею спит,

                                                              С живыми споря.

 

                                                      Как будто жизнь ушла во сны,

                                                              Слегла в сугробы –

                                                      И нет ни писем, ни весны,

                                                              Ни слез, ни злобы…

 

                                            * * *

                                                      Пора уж к веку золотому

                                                      Припасть натруженной пчелой

                                                      И слов горчащую истому

                                                      Сбирать для фразы ключевой.

                      

                                                      И сквозь черты чертополоха,

                                                      Бурьяна буйство, мощь хвощей

                                                      Приметить, что не все так плохо

                                                      В природной прихоти вещей.

 

                                                      Что, разгоняя кровь по жилам

                                                      Юнцам и даже старожилам,

                                                      Немеет мир пред глубиной,

                                                      Лишенной твердого значенья,

                                                      Но полной тихого свеченья,

                                                      Неясной прелести земной.

 

                                                      А в небе клин и лист кленовый –

                                                      Приметы осени, где новый

                                                      Короткий век дарован мне.

                                                      И я в тоске провинциальной

                                                      С какой-то нежностью печальной

                                                      Гляжу на летний куст в огне:

                                                      Он подражает купине.

 

 

 

Ярославское региональное отделение ООО СРП, 2009. Рейтинг@Mail.ru