![]() |
Ярославское региональное отделение общероссийской общественной организации СОЮЗ РОССИЙСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ |
|
НАВИГАЦИЯ
|
Советников Леонид Николаевич родился в 1955 году в Рыбинске, где и живет в настоящее время. В конце 80-х – начале 90-х годов состоит в небезызвестной литературной группе «Коридор», в которую также входят Александр Калинин, Дмитрий Сорокин, Владимир Перцев и некоторые другие поэты. Стихи Леонида Советникова появляются в коллектив-ном сборнике «Коридор-2». В 1996 году участвует в работе первого в постсоветской России Всероссийского совещания молодых писателей, удостаивается диплома и в 1997 году принимается в Союз российских писателей. В это время его стихи печатаются в литературной газете русской провинции «Очарованный странник». В том же, 1997 году, издает свой первый сборник стихов «Келья с калейдоскопом», в 2000 году – второй сборник стихов «Под небом севера». Намечает издание третьей книги «Дрожит душистый венчик стуж», но из-за проблемы финансирования издание не выходит в свет. В эти годы стихи Л. Советникова можно увидеть в коллективных сборниках, таких, как «Ярославская лира», «Вдохновение», «Окно», в антологии «Лилии», в журнале «Русский путь на рубеже веков». В 2006 году, формально – к 50-летию автора, в издательстве ОАО «Рыбинский Дом печати» издается книга «Спящий куст. Избранное», наиболее полно отражающая на сегодня творчество Леонида Советникова. В 2009 - 2011 годах стихи Л. Советникова публикуются в журналах "День и Ночь", "Дети Ра", в интернет-журнале "Парус", на сайте "Поэзия.ру". День и Ночь.Леонид Советников.В тишине теней Дети Ра.Леонид Советников.Полоски надежды Парус.Леонид Советников.Узоры мгновений Парус.Леонид Советников.Спящий куст Спящий куст.Музыкально-поэтическая композиция
* * * Заячьим горошком, черным лютиком Заросли могилки вдоль реки. Алалыкой, одичалым хлюпиком Там бродил я в детстве, и близки
Стали сердцу знаки запустения, Тайны века, вросшего в покой: Будто все ушли – одни растения Своеручничают под рукой.
Луч касается, как тел покойников, Синеватых шпатов полевых… Помню: сердце бабочкою с донников К ним слетит из царствия живых.
* * * День ото дня полней поток забвенья. Шумят ветра, деревья шелестят, И мотыльков июльские раденья Не разделяет, не вбирает взгляд.
Лишь иногда, когда воды свеченья, Волненья трав и овеванья крыл Так влюбчивы, так лишены значенья, – Я вспоминаю, что и сам любил
Игру надежд, причуды наважденья Сквозь нежной грусти тонкое стекло. Светились, бились капли, и весь день я Глядел, как даль дождем заволокло.
Листья Были блестящими, слыли гуленами Листья из юности – я ли Выдумал, как кружевами зелеными Свет они дивно пленяли?
Или, с прожилками крыл, небожители, Нам о любви шелестели? Листья, и нас уже ветры похитили, Многих укрыли метели.
Нищая юность! Убогие дворики С липами возле сараек. Весело скалятся бедные Йорики, С листьями ветер играет.
Я выйду из дома Дождливое утро. И роща промокла. Вдруг звякнет струя, будто лопнет струна. И галочья стая, звучанья полна, С каким протирают оконные стекла, – Сорвется с дерев на пустые зады, На бледность отав, на скупые подзолы. И ринется ветка сквозь капель узоры К спокойствию рамы – оконной узды.
И годы пройдут. Как сквозь кальку, невнятно Проступит – и время, и место – среда. И, узостью жизни охвачен, тогда Я выйду из дома в зеленые пятна Дрожащей листвы и скользящей травы, Как Ной выходил. Бредя мхом и болотом, Резучей осокой, колючим осотом И счастьем, с каким не сыскать головы.
* * * Сегодня облака – седые, как снега, Когда их наметет сыпучими холмами. И свет издалека, и жизнь издалека Сияют, будто сны, покинутые нами.
А завтра – синий лед и ветер запоет О звездах и листве, что были золотыми, А может, и о нас, не отводивших глаз, Умевших тосковать и любоваться ими.
И мы приснимся вам, не верящим словам, – Как звезды, что горят, хотя давно остыли, Как одиноких дум плывущий в небе дым, Как золото листвы в слюде дорожной пыли.
* * * Пространством усмиренный снег Дремотной ранью. Чтоб я, усталый раб, прибег К его молчанью.
Кусты – подобья пирамид В пустыне поля. Там ветка мумиею спит, С живыми споря.
Как будто жизнь ушла во сны, Слегла в сугробы – И нет ни писем, ни весны, Ни слез, ни злобы…
* * * Пора уж к веку золотому Припасть натруженной пчелой И слов горчащую истому Сбирать для фразы ключевой.
И сквозь черты чертополоха, Бурьяна буйство, мощь хвощей Приметить, что не все так плохо В природной прихоти вещей.
Что, разгоняя кровь по жилам Юнцам и даже старожилам, Немеет мир пред глубиной, Лишенной твердого значенья, Но полной тихого свеченья, Неясной прелести земной.
А в небе клин и лист кленовый – Приметы осени, где новый Короткий век дарован мне. И я в тоске провинциальной С какой-то нежностью печальной Гляжу на летний куст в огне: Он подражает купине.
|